Оно боится! Как построить новую доктрину коммуникаций Украины со всем миром одновременно

16:55 02 июня Киев, Украина

Поведением "сильных" западного мира руководит страх перед путиным. А нам придется думать, как поступить, чтобы выжили и мы, и они.

В старом фильме «Звездный десант», где воины планеты Земля воюют против арахноидов, один из офицеров, обладающий телепатическими способностями, вступает в контакт с существом противника и заявляет всем воинам, которые взяли существо в плен: «оно боится!». Эта констатация эмоции становится одним из признаков победы землян над другим видом. У меня складывается чувство, что что-то подобное сейчас происходит и на нашей планете.

Почему вы не хотите сдохнуть?

Последние дни ознаменовались распространением там и здесь проявлениями искреннего удивления поведением украинцев со стороны разных экспертов, источников и журналистов. Они заключались в непонимании причин, почему эти странные и эгоистичные украинцы вдруг не хотят умирать. Ведь своим нежеланием сдохнуть они привносят в мир дискомфорт, грозящий превратиться во всемирный кризис продовольствия. Это слишком самоуверенно для нации, которую обвиняли десятилетиями в коррупции.

Я точно знаю, что украинцы своими непредсказуемыми действиями для защиты своей жизни и существования на этой планете чуть не сломали карьеры, по крайней мере, двух уважаемых и влиятельных людей.

На последнем слушании комитета вооруженных сил американского сената, на котором руководители разведки представляли свои ежегодные оценки глобальных угроз, директор Департамента национальной разведки Аврил Хейнс и директор военной разведки Скотт Берриер получили от сенаторов хорошую порку за результаты своей разведывательной работы.

Так, независимый сенатор США Ангус Кинг изрядно насыпал соли на хвост Аврил Хейнс и генерал-лейтенанта Скотта Берриера, раскритиковав результаты работы американской разведки по Афганистану и Украине. Сенатора возмутили ложные прогнозы относительно степени сопротивления афганскому правительству (оно упало за несколько дней, хотя ожидалось, что его сопротивление продлится минимум несколько месяцев, что позволило бы американцам спокойно уехать из страны). Но вместо этого США потеряли 13 американских военных, истерически эвакуируя людей из Кабула.

В то же время Кинг отметил, что разведывательные органы США давали правительству Украины 72 часа до того, как оно упадет. И три недели до того, как рухнет вся Украина. Вместо трех суток война длится три месяца и, мол, обещает длиться не менее трех лет. Очевидно, что это не тот уровень релевантности разведывательных прогнозов, который хотело бы видеть американское политическое руководство. А такое отношение со стороны сенаторов создает карьерные угрозы для отдельных чиновников американского разведывательного сообщества. Зачем вам разведчик, который «не ловит мышей»?

Другими словами, воля украинцев к победе создает угрозы для будущей карьеры Аврил Хейнс. Или вы думаете, что после такого Хейнс будет дальше относиться к украинцам объективно?

То же самое можно сказать и об антигерое последних дней, спикере Давосского экономического форума Генри Киссинджере. Украинцы уже несколько раз «перешли ему дорогу» на последних этапах его политической карьеры. В сентябре 2014 года вместе со своим партнером, эксруководителем российской разведки Евгением Примаковым, Киссинджер и его подчиненные учредили так называемую «группу Бойсто» — в честь острова Бойсто, где проводились встречи типа Ялтинской конференции 1945 года. Команда Киссинджера от имени США и команда Примакова от России должны были «разделить мир». Помешали непонятные и наглые украинцы, которые чего-то не хотели, чтобы их судьбу решали без них.

После победы Дональда Трампа на выборах 2016 звезда Киссинджера снова взошла. Он даже рассматривался как автор концепции новой перезагрузки отношений с Кремлем. А один из сотрудников его компании – Томас Грэм – как потенциальный посол США в россии.

Естественно, эти люди не очень любят Украину за постоянное обламывание собственных карьерных планов и неоправдание аналитических прогнозов.

Перед бредом, который нес Киссинджер на Давосском экономическом форуме, мощную артиллерийскую подготовку мировой аудитории провели с помощью «эдиториала» мирового медиамонстра New York Times, цитировавшего все ту же Аврил Хейнс (а мы уже в курсе о персональном ее отношении к Украине), что американская администрация все еще не понимает, с чем столкнулась.

Кстати, New York Times так и не извинилась за лживые обвинения в адрес Украины в поддержке ракетной программы Северной Кореи, опубликованные сингапурским бюро американского издания и полностью развенчанные вашим покорным слугой и специальной расследовательной комиссией Александра Турчинова.

И наконец, «вишенкой на говно-торте» стали звопросы журналистки телеканала CNBC Хедли Гэмбл к министру иностранных дел Украины Дмитрию Кулебе на подиуме Давосского экономического форума. «Должен ли мир платить продовольственным кризисом и ростом цен на энергоносители за то, что Украина не хочет уступать свои территории россии?» — так был сформулирован вопрос госпожи Гэмбл, которая, безусловно, несет личную ответственность за свои слова. Однако вряд ли претензии к ней лично имеют любую перспективу, поскольку эти вопросы существуют в мировом информационном пространстве.

Слушая сирены воздушных тревог каждый день, украинцы, безусловно, переживают, что какой-то француз может не почувствовать однажды утром свежий аромат круассана с шоколадом, выпеченным из украинского зерна. Однако, на мой взгляд, в то же время украинцы в шоке от того, какая дискуссия происходит в мире относительно дилеммы, могут ли они жить, или обязаны умереть, лишь бы не создавать больше дискомфорта для business-as-usual.

Центр стратегических коммуникаций и информационной безопасности опубликовал основные вражеские нарративы, которые озвучил после Давосского форума Дмитрий Кулеба (дай ему боже здоровье и сил):

  • Зря Украина сопротивляется, потому что Запад ее все равно бросит на произвол судьбы, поэтому не нужно вам ни на что надеяться.
  • Украина отвлекла внимание мира от решения других проблем. В мире много горя и беды, а Запад сосредоточился на Украине.
  • Единственная проблема, почему в мире разворачивается продовольственный кризис – это санкции в отношении россии.
  • А зачем Украина так отчаянно сопротивляется, нанося такие неописуемые страдания своему собственному народу и своей стране? Если война так тяжела, если все так плохо, то нужно садиться и договариваться. Хоть какой будет цена этой договоренности.

Судя по контексту риторики мировых сообществ, украинцам самое время накрываться саванном и ползти на ближайшее кладбище, чтобы никого не разочаровывать. Однако, на мой субъективный взгляд, с такими пожеланиями мир должен пойти вслед за российским военным кораблем.

Факты не имеют значения! Ибо война ведется эмоциями

В течение семи лет — с 2014 по 2021 год — западные донорские фонды много инвестировали в общественные проекты в Украине и других странах, главным слоганом которых было выражение «Факты имеют значение». Основным нарративом таких проектов была уверенность в том, что если предоставить обычному человеку достаточный выбор объективных фактов и объяснить доказательность изложенных аргументов, то человек не захочет быть обманутым и выберет ту сторону, которая может фактически обосновать свою позицию.

Этот подход «съел» десятки миллионов долларов по всему миру и оказался несостоятельным. Современные медиасюжеты и опросы граждан России на улицах это наглядно демонстрируют. Фактчекинг и медиаграмотность очень важны, но они не в состоянии предотвратить войну или остановить ее, или спасти кого-то от смерти. Надо это принять.

Еще 5 мая 2014 г. я написал материал «Анатомия информационной войны: любовь против страха», который оказался очень цитированным в научных статьях в интернете. Я думал, что именно эмоции любви и страха являются определяющими в информационном противостоянии, и пытался создать тренд, в котором новейшие информационные воины могли бы научиться работать месседжами, которые могли бы побуждать реципиентов к любви.

Однако через несколько лет я начал заниматься изучением рынка криптовалют и узнал, что этот рынок описывается двумя глобальными индикаторами человеческих эмоций: индексом страха и индексом алчности. Если превалирует индекс страха, значит люди хотят сохранить то, что у них есть. Индекс алчности — это когда участники рынка видят, что кто-то использует биржевые инструменты лучше, и хотят догнать его, активно торгуя.

Если вы внимательно посмотрите на вопросы Хедли Гэмбл, слова Генри Киссинджера, эдиториал New York Times и обобщение российских нарративов от Дмитрия Кулебы, то вы поймете, что главной эмоцией всех этих людей, формирующих информационное пространство именно таким образом, является побуждающий их страх, который побуждает их к дегуманизации других ради собственных интересов.

Ведь все озвученные вопросы упираются в дилемму: либо вы умрете и мы будем жить дальше комфортно, либо вы будете сопротивляться и мы вынуждены будем также ощущать дискомфорт из-за ваших сопротивлений. Это значит, что все эти люди, которые задают нам вопрос, чего мы не сдаемся, просто искренне и очень сильно боятся.

Только вдумайтесь в это! Мы противостоим одной из крупнейших армий в мире, которая уже много раз доказала свое зверство и безжалостность. А боятся в это время – они! Разве это не причина, чтобы считать Зеленского «величайшим лидером мира»? Он ведь является лидером величайшей нации мира? Но давайте серьезно…

Откуда такой страх у НАТО?

Страх – это ключевая эмоция, которая используется в информационно-психологических специальных операциях. Причина этому проста. В процессе принятия решений под действием этой мощной эмоции ключевую роль играет наш мозг рептилии, знающий только три команды: бей, беги, замри.

При любом выборе в современном многогранном и сложном мире каждая из этих команд будет убийственной. Чтобы выиграть противостояние, необходимо быть «более сложным организмом», воспринимающим сложный мир и готовым продуцировать сложные, взвешенные решения.

Однако страх не девается никуда. Он является частью каждого из нас. Он является частью каждого человека на планете. Поэтому было бы наивно критиковать Хэдли Гэмбл за то, что она потакает ключевым эмоциям человека. Нельзя винить человека в том, что он труслив. Даже если она боится мифической силы путинских потешных полков, которые должны были захватить Киев за 72 часа, как прогнозировала американская разведка.

Нам необходимо принять, что, в отличие от Украины, ключевой эмоцией, управляющей процессом принятия решений в других странах мира, является страх. Например, я на 200% уверен, что украинцы выжили исключительно потому, что нас любит Боженька. Никакого логического объяснения факта нашей регулярной выживаемости я в процессе своих исследований так и не нашел. Однако для остального человечества страх является залогом выживания. Так как украинцам выпало быть особой нацией, нам и придется решать проблемы всей планеты. Чтобы выжить, нам придется выполнить следующие задачи:

  • Предотвращение продовольственного кризиса и голода в мире;
  • Решение вопроса последних диктатур в мире;
  • Создание стратегии развития отношений с Глобальным Югом (Global South);
  • Предотвращение энергетического кризиса и глобального падения доходов энергетической отрасли и рост расходов «золотого миллиарда» на энергоносители;
  • Создание новых смыслов для североатлантического и европейского сообществ…

Эти и многие другие задачи с нетерпением ждут нас. Иначе для решения этих проблем миру придется пожертвовать Украиной и ее народом. Почему? Потому что очень страшно!

Как я писал в предыдущих публикациях, Юваль Ной Харари и Фрэнсис Фукуяма давно подчеркнули, что Путин уже потерпел поражение, а мир будет подвергнут глобальной трансформации. Глобальная трансформация повлечет за собой изменение технологического, общественно-финансового и политического уклада современного мира. А это значит, что многие уровни Киссинджера, Гутерреша и других не только останутся без работы, но и исчезнут со страниц истории как ненужные на фоне простого пехотинца Николая, который своими джавелинами сжег с полтора десятка танков врага.

Сознательно или бессознательно эти люди, попавшие под эту «украинскую угрозу», боятся потерять свой статус и смысл существования. Не говоря об огромных деньгах, которые зарабатывают на российских активах. И этот страх побуждает их спрашивать: «а почему украинцы не хотят сдохнуть, чтобы нам всем стало чуть-чуть комфортнее?». Они продуцируют такие вопросы не потому, что они плохи. А потому, что они очень напуганы. И если мы с вами хотим выжить, нам придется придумать, почему и как выживем не только мы, но и они. А для этого необходима совершенно новая доктрина коммуникаций внутри Украины и с остальным миром.

Как изменить мир, «не привлекая внимания на санитаров»?

Позволю себе сформулировать ответы на нарративы, которые озвучил Дмитрий Кулеба. Поскольку ни один украинский государственный орган пока их не озвучил.

«Зря Украина сопротивляется, потому что Запад ее все равно бросит на произвол судьбы, поэтому не надо вам ни на что надеяться».

Мы уже давно ни на кого не надеемся, ведь захваты и аннексии Крыма и провал Минских договоренностей стали возможны именно благодаря пассивности Запада. Да, мы продолжаем просить тяжелое оружие и предлагать взамен обещание, что россияне не пойдут дальше на запад, кроме как через наши трупы. Однако уже давно у нас нет относительно Запада никаких иллюзий. И Западу следует избавиться от иллюзий, что мы что-то у него просим. Мы являемся частью западной цивилизации и защищаем ее ценности и сущность. Следовательно, имеем право получить помощь по меньшей мере на уровне (а может и больше) той, которую в свое время получил Афганистан, не разделявший западных ценностей.

«Украина отвлекла на себя внимание мира от решения других проблем. В мире много горя и беды, а Запад сосредоточился на Украине».

Совершенно наоборот. Украина — это тот кейс, где Запад наконец-то может проснуться от спячки и продемонстрировать свое единство в решении глобальной проблемы. Если это произойдет, все остальные кейсы (Сирия, Ливия, ЦАР, Мали, климатические изменения, энергетический кризис, глобальная миграция) могут быть решены легче и быстрее.

«Единственная проблема, почему в мире разворачивается продовольственный кризис – это санкции в отношении россии».

Эта сентенция является чистой манипуляцией российских спецслужб, поскольку полностью отражает так называемую «проблему вагонетки» — мнимый эксперимент в этике, впервые предложенный Филиппой Фут в 1967 году. Представьте, что вагонетка потеряла управление и несется по железнодорожному пути. Впереди на пути привязаны и обездвиженные пять человек, и вагонетка мчится прямо на них. Вы стоите на каком-то расстоянии от событий у стрелки. Если вы нажмете на стрелку, вагонетка поедет по другому пути. Однако вы замечаете, что на другом пути привязан один человек. У вас нет возможности управлять стрелкой так, чтобы изменить направление вагонетки без потери жизни (например, держа стрелку в средней позиции так, чтобы вагонетка застряла между двумя путями, или нажав на стрелку, когда передние колеса проехали поворот, а задние нет). У вас есть всего два варианта: (1) ничего не делать, и вагонетка убьет пятерых на основном пути. (2) нажать на стрелку, вагонетка пойдет по боковому пути и убьет одного человека. Какой выбор правильный?

Предлагаемая ситуация по продовольственному кризису полностью отвечает этой этической проблеме. Если поддерживать статус-кво, то фактическое эмбарго на поставку продовольствия может привести к смерти от голода в бедных странах. Если снять эмбарго, это приведет к смерти украинцев, поскольку мы видели, что российская армия делает на оккупированных территориях, на примере Бучи.

«Проблема вагонетки» является созерцательной морально-нравственной дилеммой психологов-исследователей. В реальной жизни реальным политикам не нужно выбирать между жизнями украинцев и жизнями уморенных голодом людей в других странах. Но чтобы не делать этот ужасный выбор, им нужно переступить через свой страх противостоять путину. Поэтому ответ на вопрос не в нравственном выборе, а в персональной смелости.

«А зачем Украина так отчаянно сопротивляется, нанося такие неописуемые страдания своему собственному народу и своей стране? Если война так тяжела, если все так плохо, то нужно садиться и договариваться. Хоть какой будет цена этой договоренности».

Дело в том, что какой бы страшной не была война, результаты договоренностей с москвой, во-первых, всегда могут быть хуже (вроде Эмского указа и Валуевского циркуляра, которые появились после договора Богдана Хмельницкого с москвой). Во-вторых, после таких неудобных, ужасающих и болезненных договоренностей всегда идет следующая война. Итак, жертвуя своими интересами сейчас, мы обрекаем своих детей на войну с россией, когда они вырастут. Поэтому очевидно, что лучше пожертвовать своей жизнью сейчас, чтобы обеспечить мир и безопасность своего ребенка в будущем. Чем пойти на уступки ради мира сейчас, чтобы за десять лет твой ребенок все равно попал в кремлевскую мясорубку, только уже на худших условиях.