Провалы Владимира Зеленского не гарантируют успеха патриотической оппозиции

20:09 13 декабря Киев, Украина

Конец осени принес в патриотический лагерь большой подъем. Этому предшествовали долгие месяцы меланхолии, когда лидерам оппозиции оставалось лишь наблюдать, как президент Владимир Зеленский планомерно присваивает национал-патриотическую повестку дня. На многих рядовых избирателей это действовало успокаивающе: если уж у «голубя мира» проступили черты «ястреба», то на колени перед Владимиром Путиным он точно не станет.
 
Однако оппозиционному политикуму это угрожало потерей собственной ниши, а значит, электоральным банкротством. Огромные надежды возлагали на срыв операции по захвату боевиков ЧВК «Вагнера», которую с легкой руки журналистов или политтехнологов заранее окрестили «вагнергейтом». Но сеанс симпатической магии не сработал: если знаменитый Вотергейтский скандал привел к отставке президента Ричарда Никсона, то «вагнергейт» лишь пошатнул рейтинги власти, хотя и это еще нужно доказать.

Но во время пресс-марафона 26 ноября страна увидела, что Зеленский потерял не только свою знаменитую тефлоновость, но и значительную часть внутренней крепости. Президент был нервным, раздражительным, иногда откровенно агрессивным и производил впечатление если не затравленного, то явно истощенного лица. Это совсем не то, чего ожидают от главы страны, уверенно преодолевающего дистанцию своей первой каденции и даже намеревающегося зайти на второй круг. О сложном внутреннем состоянии президента свидетельствовала и реакция властей на протестную акцию оппозиции в Киеве вечером 1 декабря. Очевидно, чрезмерные меры безопасности в столице заставляли думать о том, что на Банковой действительно верят в угрозу переворота. Или это была лишь демонстрация силы, неуместность которой свидетельствует о неуверенности власти в
себе.
Оптимизма оппозиционерам прибавляют и реляции социологов. Опрос КМИС, проведенный в последнюю неделю ноября, показал, что 58% граждан не хотят, чтобы Зеленский баллотировался на второй срок (хотят около 35%). Способность действующего президента справиться с обязанностями Верховного главнокомандующего и руководителя внешней политики также оценивают более чем скромно. В первой номинации из шести президентов Зеленский оказался на предпоследнем месте, уступив даже Виктору Януковичу, а во второй уступил Петру Порошенко, Леониду Кучме и Леониду Кравчуку. Так, по данным Центра Разумкова, к первой половине ноября Зеленский еще остается фаворитом. Однако при моделировании второго тура он уже проигрывал Дмитрию Разумкову. Пусть даже разрыв между ними составил менее 1%, но и это тревожный колокольчик для Банковой. И чем больше на Банковой будут нервничать, тем шире может оказаться окно возможностей в 2024 году.

Впрочем, похоже, что оппозиция не прочь ускорить процесс.
«Надо определиться, что делать с этой властью. Необходима ее полная перезагрузка, и начать следует с досрочного прекращения полномочий парламента и избрания новой Верховной Рады», — заявил 1 декабря Александр Турчинов.
Мотивы таких призывов вполне очевидны. По данным КМИС, на конец ноября в парламентском рейтинге (среди определившихся с предпочтениями) на первое место вышла «Европейская солидарность» (17%), опередив «Слугу народа» на 2%. Конечно, на голоса недовольных действующей властью есть и другие претенденты: например, новосозданная партия Дмитрия Разумкова (Умная политика) с наскока получила почти 10% поддержки. Появление новых игроков на политическом поле
может осложнить жизнь патриотической оппозиции, однако главная проблема лежит в несколько иной плоскости.
На сегодня кажется, что эксперимент, который украинское общество начало над собой в 2019 году, уже дал негативный результат. Граждане убедились, что для успешного решения насущных национальных проблем недостаточно только «перезагрузить власть» или «разрушить систему», и что новизна лиц не гарантирует высоких компетенций и надлежащих управленческих способностей. Не слишком ли большую цену мы заплатили за то, чтобы сделать вполне очевидные выводы, — вопрос риторический. Какими будут результаты грядущих парламентских и президентских выборов, прогнозировать рано, но попробуем пофантазировать. Предположим, патриотическая оппозиция возьмет потрясающий реванш, и новая конфигурация власти окажется достаточно стабильной, чтобы продолжить курс, которым государство следовало до весны 2019 года. Но действительно ли это то, что потребуется государству после завершения «эпохи Зе»?

Ответ на этот вопрос не слишком очевиден. Да, невозможно отрицать, что в 2014–2019 годах властям удалось создать достаточно стабильную систему, чтобы провести государство сквозь шторм первых страшных лет войны. Но следует признать, что система, существовавшая в 2014–2019 годах, отвечала далеко не всем потребностям общества. Речь не о «ватниках», недовольных дэкоммунизацией, запретом российских сериалов и геополитическим разворотом как можно дальше от «матушки-России». И не об аудитории профессиональных борцов с «обнищанием», которые автоматически разочаровываются в любой действующей власти, как только получают первые платежки за отопление. Речь идет о той части гражданского общества, которая требовала от власти не только сознательной внешней и культурной политики, но и реформы судопроизводства и правоохранительных органов, действенной борьбы с коррупцией, укрощения олигархов и дальше по списку.

Можно сколько угодно называть этих людей «грантожерами» и «соросятами», обвинять их в завышенных требованиях к власти, популизму и другим реальным и мнимым грехам. Но они так или иначе транслируют соответствующий общественный запрос. Украина принадлежит к посткоммунистическим странам, чьи элиты в какой-то момент осознали преимущества переходного положения, когда институты рынка и демократии еще можно комбинировать с ручным судопроизводством, клиентелизмом и другими элементами недемократических систем — конечно, выгодно для себя. Чтобы растянуть этот исторический момент как можно дольше, элиты вооружились стратегией перманентных, но поверхностных, половинчатых, а часто и откровенно имитативных реформ. Бенефициаром перманентного перехода является узкая прослойка элит разного уровня. В определенной степени им удается поддерживать консенсус, выделяя крохи от своих доходов незащищенным и люмпенизированным слоям,
однако полностью погасить недовольство граждан, особенно политически и экономически активных, невозможно.
Два Майдана
Поэтому в нашем обществе всегда держится ощутимый градус недовольства, которое может выливаться в самые разные формы, в зависимости от конкретной политической ситуации. Это «раздраженное большинства» было важным ресурсом обоих Майданов, а также в значительной степени приложилось к «электоральной революции» 2019 года. Да, поддержка команды Зеленского была ложным ответом на проблему, однако сама проблема не перестала быть реальной. И очень сомнительно, что к 2024 году ее удастся решить, то есть она перейдет по наследству преемникам. Слабость действующей власти так очевидна, что оптимальная стратегия предвыборной борьбы (которая, похоже, уже длится) для патриотической оппозиции кажется самоочевидной. Выявлять принципиальность вместо идеологических шатаний; сотрудничать с «улицей» вместо скрываться за «видосиками»; придерживаться жесткой линии по отношению к России вместо призыва к диалогу (который Москва на самом деле не собирается вести); защищать национальную культуру, а не сериальный ширпотреб; демонстрировать ответственность, а не пустой авантюризм, — наверное, именно с этим и следует идти на выборы. По крайней мере, это соответствует текущим настроениям значительной доли избирателей.

Однако не стоит забывать, что «раздраженное большинство» никуда не исчезнет. На время обществу будет достаточно и того, что оно наконец-то лишилось надоевшей власти. Но как только поствыборная эйфория закончится, новому руководству страны придется убедить граждан, что оно готово к настоящим реформам, а не к их имитации. И если этого не удастся сделать, то и на долгосрочные успехи надеяться не стоит. Конечно, если под успехом понимать нечто большее, чем временное возвращение в высокие кабинеты. Прекратить нарастающий в государстве с 2019 года беспорядок — достойная политическая цель, но ее мало. Пока очередное руководство не решится вывести страну из вечного переходного состояния, выход Украины из постсоветской стагнации будет откладываться. Следовательно, встреча новой власти с «раздраженным большинством» станет лишь вопросом времени. И если в рядах патриотической оппозиции действительно претендуют на какие-то исторические свершения, то о таких перспективах стоит задуматься уже сейчас. Иначе желанная победа может обернуться поражением.