Судебная система неадекватности

11:19 30 Апрель Киев, Украина

Российские суды превратились в инструмент издевательств над задержанными. Судьи и следователи начали откровенно издеваться над подозреваемыми политическими активистами и журналистами.
Значительное количество судебных решений в России за последнее время вызывает откровенное возмущение не только правозащитников, но и простых граждан. Ленты новостей заполнены случаями откровенно нелепых решений судов, которые часто приводят к тяжелым последствиям. Даже в смерти ни в чем не повинных людей.
В январе 2019 году в Ростове-на-Дону в реанимации умерла дочь активистки «Открытой России» (внесен Минюстом в реестры иностранных агентов и нежелательных организаций) Анастасии Шевченко, которая находилась под домашним арестом. Во время следствия Шевченко не позволяли встречаться с дочерью. 17-летняя дочь активистки Алина жила в интернате для детей с особенностями развития, у нее была первая группа инвалидности. По словам Шевченко, она решилась отдать ребенка в специализированное учреждение по настоянию опеки, поскольку дома не могла обеспечить дочери круглосуточное наблюдение специалистов. Шевченко регулярно посещала дочь к домашнему аресту и оставалась с ней в интернате, если состояние девочки ухудшалось.
На очередном заседании суда Шевченко просила изменить меру пресечения для того, чтобы оказывать помощь своей дочери и передать ей необходимые лекарства. Но суд оказался слеп и глух к ее просьбам. 30 января активистке предъявили обвинение. В тот же день стало известно, что Алину госпитализировали с обструктивным бронхитом в больницу поселка Зверево примерно в 100 километрах от Ростова. Состояние Алины врачи оценили как критическое. Только после этого следователь Александр Толмачев позволил обвиняемой посетить дочь. Однако врачи так и не позволили матери войти в палату к своему ребенку.
31 января Алина умерла. Анастасия Шевченко успела только попрощаться со своим ребенком и смогла по человечески похоронить дочь.
В июле 2020 году в Крыму в селе Строгановка Симферопольского района исчез трехлетний Муса Сулейманов - сын гражданского журналиста и активиста правозащитного движения «Крымская солидарность» Руслана Сулейманова, которого в 2019 году арестовали по делу «Хизб ут-Тахрир» (организация признана террористической и запрещена в России).
К поискам ребенка кроме сотрудников МЧС подключились местные жители и волонтеры поискового объединения «Лиза Алерт». Мусса круглосуточно искали от 3,5 до 8000 человек. Через два дня тело ребенка нашли в сливном колодце. Незадолго до обнаружения тела ребенка его мать заставили пройти проверку на полиграфе, заподозрив, что она инсценировала исчезновение мальчика.
 
найти ребенка
Согласно мусульманским традициям, похороны должны состояться как можно быстрее, потому прощания с ребенком было назначено на 11 утра 27 июля. Но 26 июля было выходным днем, и следователь ФСБ Сергей Махнев не отвечал на звонки адвоката Сулейманова. Утром в понедельник он сообщил защитнику Лили Гемеджи, что на такие решения нужна «санкция руководства». Адвокат приехала в управление ФСБ России по Республике Крым, надеясь оперативно добиться встречи. Но дежурный сообщил, что прием не ведется из-карантинные мероприятия, а руководство «находится на совещании». По словам Гемеджи, родственники были готовы задержать прощания с умершим ребенком, но в полдень следователь все же отказался выдать разрешение. Сулейманова так и не отпустили - хотя об этом в телефонном разговоре лично попросил российского президента Владимира Путина президент Украины Владимир Зеленский.
Похороны состоялись без Руслана Сулейманова. А позже суд признал законным отказ следствия отпустить его попрощаться с сыном.
Слава Богу, такие трагические результаты действий судей случаются не часто. Но от этого не становятся менее страшными и преступными. Чаще всего, российское правосудие превращается в фарс, как было в случае с Евгением Агафоновым из Санкт-Петербурга.
Судья Красносельского суда Санкт-Петербурга Юлия Ушанова 5 февраля этого года оштрафовала слабослышащих Евгения Агафонова за участие в январской акции. Он инвалид III группы по слуху и не имеет возможности говорить, общается с помощью языка жестов. 31 января он шел мимо места протестов в магазин и был задержан, несмотря на то что в самых протестах участия не принимал. Полицейские составили на него протокол о нарушении правил проведения митинга и перекрытия дорог (ч. 6.1 ст. 20.2 КоАП). В материалах полицейские указали, что человек «совместно с другими участниками публичного мероприятия скандировал лозунги».
В отделе полиции мужчину продержали 9:00, переводчика на язык жестов ему не предоставили, соответственно, он не мог понимать разъяснения полицейских о своих правах. Суд поверил написанному в протоколе и оштрафовал Агафонова на 5000 рублей.
Сумасшедшая в своей невозможности история ... И было бы даже смешно, если бы по таким случаям не стояла человеческая судьба. Которую в России часто решают те, кому неизвестно понятие человечности и справедливости.